Как мир справился с дефицитом нефти после закрытия Ормузского пролива?

Согласно отчету Международного энергетического агентства (МЭА), глобальный рынок нефти продемонстрировал удивительную гибкость в условиях беспрецедентного кризиса. Когда поток сырья через Ормузский пролив рухнул с 20 млн до 2,7 млн баррелей в сутки, мир ответил экстренным расходованием резервов, поиском обходных путей и оперативной перестройкой нефтеперерабатывающих заводов.

В период с марта по май поставки из Персидского залива через ключевой пролив практически остановились. Это стало самым масштабным перебоем в истории: накопленные потери превысили 1,3 миллиарда баррелей с момента начала конфликта на Ближнем Востоке 28 февраля. Несмотря на то что цена на нефть марки Dated Brent в апреле достигла исторического максимума в 144 доллара за баррель, глобального коллапса удалось избежать. Эксперты выделяют несколько ключевых факторов этой «реконфигурации».

Избыток нефти как спасательный круг

Первым важным фактором стало то, что к моменту начала войны рынок находился в состоянии профицита. Прогнозы МЭА на ближайшие годы указывали на избыток предложения. Глобальные запасы составляли около 8,2 миллиарда баррелей.

Особую роль сыграл Китай, который в течение нескольких месяцев закупал нефть в объемах, значительно превышающих текущие потребности. Созданная «подушка безопасности» позволила стране сократить импорт на 40% (около 4,6 млн баррелей в сутки) в самый острый период кризиса, что снизило общее давление на мировой рынок.

Экстренные меры и высвобождение резервов

Когда стало ясно, что блокировка пролива — это надолго, страны-члены МЭА приняли беспрецедентное решение о выводе на рынок 400 миллионов баррелей из стратегических запасов всего за две недели. Это стало крупнейшей скоординированной акцией в истории агентства.

Параллельно с государственными мерами частные компании также начали активно распродавать свои запасы, подгоняемые рекордно высокими ценами. В среднем рынок получал дополнительно 3,8 млн баррелей в сутки из хранилищ. Это позволило смягчить удар для азиатских экономик, которые наиболее сильно зависят от поставок из Персидского залива.

Логистические маневры: в обход пролива

Добывающие страны быстро активировали альтернативные маршруты:

• Саудовская Аравия: увеличила прокачку по трубопроводу «Восток-Запад» до порта Янбу на Красном море с 2 млн до 5 млн баррелей в сутки.
• ОАЭ: задействовали трубопровод Хабшан — Фуджейра, позволяющий экспортировать 1,8 млн баррелей в обход Ормуза напрямую в Оманский залив.
• Скрытые поставки: часть танкеров продолжала выходить из залива вдоль побережья Омана с выключенными транспондерами, чтобы избежать обнаружения.

Благодаря этим мерам экспорт ОАЭ к июню восстановился до 85% от довоенного уровня.

Новые лидеры и роль США

Кризис привел к масштабному переделу рынка. Вакуум, оставленный ближневосточной нефтью в Азии, начали заполнять поставщики из Атлантического бассейна: Казахстан, Бразилия и Венесуэла. Однако главным бенефициаром стали США.

Американский экспорт нефти и нефтепродуктов в мае достиг исторического максимума в 13,1 млн баррелей в сутки. Это стало возможным благодаря сочетанию роста добычи и активного использования как частных, так и государственных резервов страны.

Проблема авиационного топлива

Сложнее всего ситуация обстояла с продуктами переработки. Ближний Восток был крупнейшим поставщиком авиакеросина в Европу. После закрытия пролива поставки прекратились мгновенно. Дефицит пришлось покрывать за счет рекордной загрузки НПЗ в США и Европе, а также благодаря восстановлению мощностей завода Dangote в Нигерии.

США превратились из чистого импортера авиакеросина в чистого экспортера, что позволило избежать транспортного коллапса перед началом летнего туристического сезона.

Хрупкий мир и долгосрочные последствия

Несмотря на подписание меморандума о прекращении огня и открытии пролива 17 июня, МЭА предупреждает: ситуация остается непредсказуемой. Глобальные запасы истощены до предела, и рынок входит в период высокого летнего спроса с минимальным запасом прочности.

Конфликт заставил правительства и энергетические корпорации по всему миру пересмотреть свои стратегии. Изменение торговых путей, поиск новых партнеров и пересмотр инвестиций в инфраструктуру станут долгосрочным наследием этого кризиса, даже если движение через Ормузский пролив полностью восстановится.